поиск

Свидетельства

Разговор с Балог Ференцем

Побеждает жизнь

Жена, Кристина: «Уже начались роды, когда в один момент, перед приходом Виктора на этот мир, я почувствовала, что Господь Иисус стоит возле кровати и держит мою руку. Я исполнилась спокойствием, уверенностью и радостью, и эта атмосфера заполнила всю родильную комнату. Через несколько секунд это затронуло и врача, он начал рыдать, и слёзы текли из его глаз. Акушерка не знала, что происходит, но чувствовала. В мгновение прошли все боли, я начала улыбаться, радоваться, смеяться, а в следующий момент уже заплакал Виктор. Он родился целым, здоровым, чудесным»

- Как начиналась Твоя жизнь, карьера?

- Меня воспитывали на принципах справедливости, верности, человеком, стремящимся к прямоте, искренности, учили ценить достигнутое. Мы жили в городе Вац, где я получил образование технолога машиностроителя. Петь я никогда не учился, ни тогда, ни позже, но еще будучи ребенком, я пел в различных музыкальных группах, и однажды выиграл конкурс молодых певцов. Через полгода я уже был солистом популярнейшей в то время группы Бергенди, заняв место Демьен.

Вспоминаю мою первую в жизни запись в шестой студии Радио, которое перешло в сплошной хохот, потому что я пел текст с диалектом родного региона - палоц. Неожиданно события ускорились. Постоянные западные зарубежные поездки с музыкальной группой, знаменитые певцы и актеры, от Петера Мате до Петера Хауманн, оказывали мне честь своей дружбой, приглашениями. В моем репертуаре появился ряд английских мюзиклов на венгерском языке: «Скрипач на крыше», «Хэйр», «Иисус Христос Суперстар». Потом главная роль в «Кошках» в театре Мадач. Представления, клубные встречи, виски.

- Кристина уже была твоей женой?

- Во время одного из летних турне, организованном Петером Мате, Кристина тоже работала в театре костюмершей, так мы познакомились. Мы были очень влюблены друг в друга. Актеры, певцы, выступавшие с нами, поражались, глядя на нас. Они говорили, что если бы они снова были молоды, то хотели бы пережить такую любовь, какую видели у нас.

- Это звучит, как американская история успеха. 

- Это была уже вторая глава в моей жизни. Первая началась тогда, когда я в Вац окончил школу, женился и из этого брака у меня родились двое сыновей.

- Это был брак по любви? 

- Нет. У той девушки не было родителей и мы были знакомы с юношеских лет, я пожалел ее и женился. Но уже в первый час нашей совместной жизни стало ясно, что совместная жизнь не получится.

- Когда ты встретился с Кристиной, то ты еще....

- …Я еще был мужем моей жены. На самом деле, мое переселение в столицу, моя карьера в Будапеште, о чем я говорил, началось с измены, которая привела к кризису, а потом к разводу. Я оставил жену вместе с двумя моими прекрасными детьми. Я продолжал жить с невероятным чувством вины, но и Кристина тоже. Мы пытались всячески компенсировать это чувство вины, будто таким образом можно поправить непоправимое.

Потом мы поженились, и наша совместная жизнь началась с моих регулярных посещений уже подрастающих сыновей и одного крайне удручающего события. 

У Кристины на пятом месяце беременности случился выкидыш, ребеночек родился мертвым. После у нас родился второй ребенок, девочка. Мы были очень счастливы и назвали девочку Кристиной. Но на девятом месяце жизни ребенка выяснилось, что девочка не сможет вырасти, не останется жива из-за того, что мышцы не развиваются в ее теле.

- Что говорили врачи, что случилось?

- При первом серьезном обследовании вынесли смертный приговор. Мы должны были продолжать жить с сознанием того, что в любой момент: может быть через месяц, год или два – мы потеряем ее. Через год, когда Кристинка еще была жива, у нас родился третий ребенок, Беньямин. Мы радовались, веря в какую-то невидимую помощь, что он будет здоров.. 

Но случилось не так. У него тоже не развивались ткани мышц. Мы шли от одного врача к другому, пока не попали к профессору Цейзел. Он сказал напрямик, что с точки зрения медицины - генетики у нас у двоих никогда не родится здоровый ребенок. У нас был установлен диагноз несовместимости хромосомов.

 

- Как вы отнеслись к этой вести? Обвиняли ли в сложившихся обстоятельствах кого-то, либо что-нибудь? Каким представлялась вам жизнь в дальнейшем, ваше будущее ? Как вы жили дальше, осознавая обстоятельства?  

- В глубине моей души сформировался бунт.

- По отношению к себе, к жизни, к судьбе, к жене?

- Нет. В отношении той ситуации, вероятность которой нам предопределили врачи. Я просто отказывался принимать это. Я думаю, именно в это время я , не зная Его, ощущал обиду на Бога: Почему Ты поступил так со мной, почему? Во мне начиналось невероятное смятение. 

В то же время я все больше работал. Я стал чрезвычайно популярным: фильмы, радио, записи, спектакли. Я уже выступал в главных ролях в Театре Опереты. Исходя из сути моей профессии, я испытывал принуждение создавать видимость радостного, успешного человека. Такими были даже слова песен моего репертуара.

В то же время я прятал, утаивал от людей своих больных детей. Я стал много пить, это напряжение во мне могло снимать только виски. Я все меньше времени мог пребывать в трезвом состоянии. Нахождение в трезвом состоянии для меня означало только несколько часов после утреннего пробуждения. Тогда еще была жива Кристинка и был жив еще Беньямин.

- В каком году это было? 

- Это была весна 89-го. Мы молились к этому невидимому, непостижимому, незнакомому Богу, умоляя, чтобы что-нибудь случилось. Через три месяца Кристине свидетельствовала о живом, исцеляющем Боге один косметолог, Эмми Тыши. В то время, пока косметолог работала над ее лицом, Кристина просто излила ей всю боль своей души. Косметолог говорила ей о том, что есть выход, есть надежда, потому-то вас тоже любит Бог. Она говорила о таких вещах, о которых мы от врачей не слышали.

Кристина пришла домой и рассказала, что познакомилась с косметологом –сектанткой, и она ей говорила о таких хороших вещах, ее так хорошо слушать.
Ну тогда иди и слушай,- сказал я. Беседы с Эмми производили на нее такое же успокаивающее воздействие, как для меня пение или опьянение.

Осенью 1989 года, а точнее 24 сентября, Беньямин дома попал в коматозное состояние, надо было с ним мчаться в больницу. В предшествующие месяцы уже можно было видеть, что с рассудком у ребенка что-то не в порядке. Я помчался с мальчиком в больницу, Кристина же помчалась к косметологу, и рыдая, рассказала Эмми о случившемся. Косметолог успокаивала ее словом Божьим, молилась, вела себя как человек истинно верующий, знающий, Кто есть ее Бог.

Моя жена успокоилась. Ребенку в больнице дали искусственное дыхание, через несколько дней сняли с аппарата, через неделю мы его забрали домой. Он не умер. Тогда еще нет. Мы думали, что все уладилось, и Кристина в следующее воскресенье пошла с Эмми в церковь на воскресное служение и приняла в сердце Иисуса Христа. По-моему, Бог уже до этого коснулся ее сердца , только мы не могли это определенно сформулировать.

- А тебя? 

- Я был знаменитым человеком, я стеснялся идти туда. Бог пришел ко мне вместе с церковью, с пастором, со всем вместе.

- Как это понимать? 

- Дословно. С группой Бергенди мы проводили наши репетиции в Доме Культуры завода Ганз-Маваг на улице Голгофы. И вдруг, в большом зале, появилась церковь Веры и с этого времени, на протяжении долгого времени, здесь проводились их служения. По вечерам со сцены доносились следующие слова: «Мужчины, будьте мужчинами, женщины, оставайтесь женщинами, оставьте оккультизм и возлюбите Господа». Мы проводили репетиции в небольшом помещении за сценой, и конечно, каждое слово было слышно должным образом. А внизу, на нижнем этаже, кипела деятельность заведения клубного типа, известного в городе под названием Черная Дыра. Это был особенный триумвират.

- После того, как ты тоже пришел к Богу, что означала для тебя молитва, которую ты тогда произнес? Что происходило внутри тебя, какие мысли, чувства возникали в тебе? Означало ли это для тебя решением всех твоих проблем и трудностей, или обнадеживало к тому, что все решится? 

- Ничего особенного не произошло, над моей головой не открылись небеса, просто я старался убежать из того состояния, в котором находился. Недавно я посмотрел фильм Титаник. Я потому смог посочувствовать положению двух любящих друг друга молодых людей, т.к. в свое время и мы находились в подобной ситуации: наша любовь, наши отношения получили пробоину, и из этой ситуации надо было спасаться. Если мы останемся на корабле, то неизбежно потонем в безвыходности, смерти, но если бросимся через перила в море, в неизвестное, то возможно, спасемся. 

Врачи, желая того или нет, убеждали нас в том, что проблема в нас самих, вследствие чего мы многое предполагали, думали и чувствовали по отношению друг к другу, высказывая это вслух, либо молча. Я понятия не имел, куда я прыгаю, куда попаду со своим покаянием, я знал только одно: если я не прыгну, то умру. Мой организм уже был все менее в состоянии переносить алкоголь, возможно, через некоторое время я уже оставил бы и Кристину.

Из этой, потерпевшей крушение жизни, внешне, конечно, ничего не было видно, кроме улыбки. Когда ты приходишь в театр, то на сцене видны прекрасные горы, замки, мебель,но потом, присмотришься и видишь что это рисунок на картоне. Таким разрисованным картоном в действительности была наша жизнь.

- Когда ситуация обернулась к лучшему? 

- После нашего покаяния Бог простил нас, спас нас, началась своего рода «реабилитация», но на видимом уровне еще вовсю мы переживали годы провала, распада. Наперекор всяким мнениям врачей, мы с огромной верой пошли по пути христианской жизни, хотя, сейчас уже могу признаться, не будучи бдительными должным образом. 

Ссылаясь на нашу новую веру, мы хотели иметь детей. У нас родилось еще двое детей, родились парализованными, беспомощными, больными. Таким образом пять детей ушли к Господу из этой земной жизни. К тому же эти трагедии случились при таких обстоятельствах, когда нас при этом жестоко унизили.

- Что ты имеешь ввиду? 

- Кристине уже минуло полтора года, когда началась забастовка таксистов. В то утро девочка не подавала никаких признаков жизни, и мы, испуганные, в чем были - я в пижаме - помчались к машине. Кристина держала ребенка на руках, а я изо всех сил жал на газ и сигналил. Когда таксисты увидели, что мы везем умирающего ребенка, пропустили нас через мост, разделяющий город, до самой клиники. В то же время мы в машине молились, боролись за ребенка.

Но в больнице выяснилось, что наша Кристинка уже много часов мертва. Мы простились с ней и вышли из клиники. Это было в то время, когда из-за блокад таксистов мы не могли возвращаться на машине, только пешком и на метро.Была холодная зима. На улице, на эскалаторе метро я без пальто, в старой пижаме и тапочках, держал Кристину за руку, говорить нам было не о чем, только шли медленно, глядя перед собой. Над нами смеялись, многие показывали в нашу сторону, но нас это тогда просто не интересовало?

- Откуда у тебя было столько сил, откуда была такая вера, что эти трагедии одна за другой, не сломили тебя и ты не взбунтовался против Бога, против мира, против жизни? Чему предписывал ты все то, что случилось с вами? 

- Тогда я уже знал, что Бог не делает зла, Он не убивает детей. Мы предписали все это к тому, что над нами приводят в исполнение приговор, такой приговор, который, вероятно, датируется временем нашей жизни в прошлом. И хотим мы этого или нет, нам надо это пройти, пережить это. Мы не могли знать точно, что это и почему, проклятье или грех, либо что иное, но уже и не искали ответа. Мы узнаем об этом уже только на небесах.

Дорогую цену заплатила также и моя Кристина, но я уверен, что для нее будет большим благословением то, что она с большой преданностью ухаживала, любила моих больных детей. Слово Божье говорит, что проходя через долину смерти, Господь делает ее источником благословения. Были обстоятельства, когда мы даже не знали что мы делаем, но Бог уже тогда хранил нас, как свои драгоценные жемчужины, чтобы мы не навредили себе. Я желал жизни, любил жизнь даже в такой уродливой форме.

- Что же произошло в вас,с вами после этого, ведь вдруг родился ваш шестой ребенок, Виктор. Родился целым, здоровым и красивым ребенком. 

- Та слепая вера, с которой мы начали свой путь вначале, со временем переросла в настоящую, зрелую веру. Несмотря на случившееся, мы продолжали молиться, поститься, непоколебимо исповедуя и веруя в слова пророка Исайи, даже после ухода наших больных детей: «И не будут рожать для ранней смерти, потому что они есть семя благословенных Богом, и дети их пребудут с ними». Потом моя жена узнала, что снова находится в благодатном состоянии и ждет ребенка.

Но сейчас мы уже чувствовали, что как-будто с Виктором этот сатанинский судебный процесс окончился. На седьмом-восьмом месяце мы уже на видимом уровне изменились, освежились, обновились. Мы чувствовали, что что-то закончилось и начинается новое. Пастор церкви и другие много раз молились за нас. Жена пастора, возложив руки на живот Кристины, молилась за ребенка. Ничего чрезвычайного не произошло, и в этот раз небеса тоже не раскрылись надо мною, но я знал, что этот ребенок будет жить.

Кристина, жена: 
- Роды уже продолжались, когда в один момент, перед рождением Виктора на свет, я вдруг почувствовала, что Господь Иисус стоит рядом и держит меня за руку. Спокойствие, безопасность и радость переполнили меня с огромной силой, и это разлилось по всей комнате, где протекали роды. Через несколько минут это коснулось и доктора, он стал рыдать, слезы потекли у него из глаз. Акушерка не понимала что происходит, но ощущала перемену. У меня прекратились боли, я заулыбалась, стала испытывать радость, смеялась, и в следующий момент заплакал Виктор. Он родился совершенно здоровым, чудесным образом. И сейчас, по истечении восьми лет, он совершенно здоров.

Продолжает муж: 
- Виктор сделал первые шаги и стал ходить так, что мы этого даже не заметили. Я сросил у Кристины: Слушай, это Виктор пробежал по комнате? Мы оба всплеснули руками, были благодарны Богу, друг другу, радовались. Радовались 
нашей уверенности в том, что чему-то пришел конец и началось новое, и видели проявление этого наяву. И с этого времени по сей день посредством нашего сына на нас изливается чудесное Божье благословение, радость, Его благодать.

Мы научились и поняли из его жизни ту очень простую истину, что Бог добр.

Более того, во многих случаях Он учит, ведет и даже формирует нас посредством Виктора и к тому-же не простым образом. Видишь ли, сейчас уже, в возрасте 44 лет, я уже намного лучше вижу, кто я и куда иду. В этом заключается моя задача в обществе и в церкви, с какой целью я родился. Точнее, яснее, лучше вижу, чем в двадцать, тридцать или, скажем, в тридцатипятилетнем возрасте.

- Что ты имеешь ввиду, когда говоришь, что Бог формирует, ведет вас посредством сына? 

- Например, прошлым летом мы несколько дней были на отдыхе в Трансильвании в местечке Тушнад. Когда мы вернулись домой, Виктор очень скучал по тем местам. Однажды говорит: Я хочу быть деревенским воином, не городским, а деревенским. Мы вначале не поняли, о чем он говорит, но он объяснил нам, что он все также хочет быть воином Божьим, но не здесь, в городе, а в селе, в таком маленьком поселении, которое он так полюбил в Трансильвании. Где есть холмы, леса, поля, где мало домов, и где красный трактор работает в поле на склоне холма.

Дело в том, что в Тушнаде ему очень понравился красный трактор, который он видел в поле. Я тогда сел напротив него и как мужчина мужчине объяснил ему, что если бы мы даже продали все, что у нас есть, то даже тогда у нас не было бы столько денег, чтобы купить красивый дом в ближайшем селе. Но Виктор все-таки каждый день упоминал об этом.

И я сказал ему: Ну хорошо, в таком случае опиши, сформулируй точнее, какой бы ты хотел иметь дом. Он описал. А теперь нарисуй и раскрась. Сделал. Нарисовал холмы, долины, леса, горы вдали и, конечно, нарисовал красный трактор, работающий в поле. К этому времени уже и мы с Кристиной очень мечтали о жизни в таком маленьком селении, в таком доме. Мы все больше упоминали об этом, а Виктор между тем даже сконструировал эту картину из ЛЕГО. Сделал холмы, зеленый лес и трактор. Трактор красного цвета.

А потом Бог таким образом направлял наши дела, финансовые обстоятельства, что через десять месяцев, в мае следующего года мы смогли поселиться в этот красивый дом в соседнем селе вблизи Будапешта. В первое же утро после нашего переселения, я подхожу к балкону, открываю дверь и что я вижу? Домов уже нет нигде, один холм плавно переходит в другой, в стороне прекрасный лес, вдали силуэт гор. А я все стою и смотрю, и вдруг, из-за леса поднимается на холм трактор. Трактор красного цвета.

- Что означал для тебя в то утро этот красный трактор? 

- То, что жизнь побеждает.

Источник: Уй Экзодус

© Церковь Веры (Hit Gyülekezete), все права защищены. Материалы, опубликованные на сайте,
находятся под защитой авторских прав, использование их допускается исключительно при условии письменного согласия Церкви Веры!